14:01 

Случайны набор слов.
прошу прощения, если уже было
Оскар Уайльд. Портрет Дориана Грея:

Влиять на другого человека — это значит передать ему
свою душу. Он начнет думать не своими мыслями, пылать не своими страстями. И
добродетели у него будут не свои, и грехи, — если предположить, что таковые
вообще существуют, — будут заимствованные. Он станет отголоском чужой
мелодии, актером, выступающим в роли, которая не для него написана.

Красота, подлинная красота, исчезает там, где появляется одухотворенность.

Женщина выходит замуж вторично только в том случае, если первый муж был ей противен. А мужчина женится опять только потому, что очень любил первую жену. Женщины ищут в браке счастья, мужчины ставят свое на карту.

Когда я очень люблю кого-нибудь, я никогда никому не называю его имени. Это все равно что отдать другим частицу дорогого тебе человека.

Только ограниченные люди не судят по внешности. Настоящая тайна мира в том, что мы видим, а не в том, что скрыто.

В наши дни большинство людей умирает от ползучей формы рабского благоразумия, и все слишком поздно спохватываются, что единственное, о чем никогда не пожалеешь, это наши ошибки и заблуждения.

Действительность — это хаос, но в работе человеческого воображения есть неумолимая логика. И только наше воображение заставляет раскаяние следовать по пятам за преступлением. Только воображение рисует нам отвратительные последствия каждого нашего греха. В реальном мире фактов грешники не наказываются, праведники не вознаграждаются. Сильному сопутствует успех, слабого постигает неудача. Вот и все.

Если нельзя себе что-то простить, можно об этом забыть.

Спокойствие и непринужденность кажутся более всего естественными тогда, когда человек вынужден притворяться.

Одобрять что-либо, как и порицать, — нелепейший подход к жизни. Мы посланы в сей мир не для того, чтобы проповедовать свои моральные предрассудки.

Самые нелепые поступки человек совершает всегда из благороднейших побуждений.

Если верить психологам, бывают моменты, когда жажда греха (или того, что люди называют грехом) так овладевает человеком, что каждым фибром его тела, каждой клеточкой его мозга движут опасные инстинкты. В такие моменты люди теряют свободу воли. Как автоматы, идут они навстречу своей гибели. У них уже нет иного выхода, сознание их — либо молчит, — либо своим вмешательством только делает бунт заманчивее. Ведь теологи не устают твердить нам, что самый страшный из грехов — это грех непослушания. Великий дух, предтеча зла, был изгнан с небес именно за мятеж.

Каждый живет, как хочет, и расплачивается за это сам.

— Я верю в величие нации.
— Оно только пережиток предприимчивости и напористости.
— В нём залог развития.
— Упадок мне милее.
— А как же искусство?
— Оно — болезнь.
— А любовь?
— Иллюзия.
— А религия?
— Распространённый суррогат веры.
— Вы скептик.
— Ничуть! Ведь скептицизм — начало веры.
— Да кто же вы?
— Определить — значит ограничить.
— Ну дайте мне хоть нить!..
— Нити обрываются. И вы рискуете заблудиться в лабиринте.

Единственный способ избавиться от искушения — поддаться ему.

Никогда я не позволю им рассматривать мое сердце под микроскопом.

Спорят только безнадежные кретины.

Всякое желание, которое мы стараемся подавить, бродит в нашей душе и отравляет нас. А согрешив, человек избавляется от влечения к греху, ибо осуществление — это путь к очищению.

Воздержание — в высшей степени пагубная привычка.

Совесть — официальное название трусости.

Мы вправе судить о человеке по тому влиянию, которое он оказывает на других.

Цель жизни — самовыражение. Проявить во всей полноте свою сущность — вот для чего мы живем. А в наш век люди стали бояться самих себя. Они забыли, что высший долг — это долг перед самим собой. Разумеется, они милосердны. Они накормят голодного, оденут нищего. Но их собственные души наги и умирают с голоду. Мы утратили мужество. А может быть, его у нас никогда не было. Боязнь общественного мнения, эта основа морали и страх перед богом, страх, на котором держится религия, — вот что властвует над нами.

Трагедия старости не в том, что человек стареет, а в том, что он душой остается молодым.

Я спросил у нее, не бальзамирует ли она сердца своих мужей и не носит ли их на поясе, как Маргарита Наваррская. Она ответила, что это невозможно, потому что ни у одного из них не было сердца.

Ты боишься, что жизнь Дориана будет разбита, а по-моему, разбитой можно считать лишь ту жизнь, которая остановилась в своем развитии.

Общество – по крайней мере, цивилизованное общество – не очень-то склонно верить тому, что дискредитирует людей богатых и приятных. Оно инстинктивно понимает, что хорошие манеры важнее добродетели, и самого почтенного человека ценят гораздо меньше, чем того, кто имеет хорошего повара. И, в сущности, это правильно: когда вас в каком-нибудь доме угостили плохим обедом или скверным вином, то вас очень мало утешает сознание, что хозяин дома в личной жизни человек безупречно нравственный.

@темы: из книг

Комментарии
2010-06-20 в 14:12 

когда все геи никто не гей(с)Вольт
проникся....

2010-06-20 в 14:14 

Случайны набор слов.
Naru_No_Winter
Сама работа вышла восхитительной, стоит почитать...

2010-06-20 в 14:40 

когда все геи никто не гей(с)Вольт
*кивнул*

     

Цитаты...

главная